Факты, связывающие Францию и Россию

Русский де Фюнес.

"Закон есть закон", "Фанфан-тюльпан", "Большая прогулка", "Папаши", "Невезучие", "Разиня", серия о Блондине, трилогия о Фантомасе – все названные французские киноленты были показаны в СССР так часто и имели такую фантастическую популярность, что в какой-то момент, несмотря на экзотический, очевидно капиталистический антураж, перестали соотечественниками восприниматься в качестве иностранных и перевоплотились в "свои". Аналогичное произошло и с актерами этих фильмов: Фернандель, де Фюнес, Ришар, Депардье, Бурвиль превратились в таких же национальных героев – стали такими же "наши", как известные советские актеры самых первых рангов. Удивительных дубляж способствовал феноменальному соединению в целое "иностранных" и национальных черт, голос французов за кадром. Самый знаменитый пример – де Фюнес, говорящий по-русски: голос Владимира Кенигсона, советского актера, настолько объединился с внешностью французского актера, что когда фильмы, после распада СССР, стали доступны в оригинальной версии, истинные голоса французским коллег показались неудачными в сравнении с дубляжными.

Французские жены.

В Сибирь за декабристом Анненковым последовала Полина Гебль. До конца дней Иван Тургенев находился во власти женских чар Полины Виардо. Двадцатый же век был ознаменован прекраснейшей историей любви Марины Влади и Владимира Высоцкого. Он был при их знакомстве неприметным, не смотря на то, что громко заявляющим женихом французской актрисы, звезды кинематографа (она снималась также и у Годара). Навсегда после его смерти осталась она вдовой русского матерого поэта.

Философы.

Интеллектуальную моду в первой половине девяностых годов в России задавали французы. "Слова и вещи", томик Мишеля Фуко, выпущенный в 77 году издательством "Прогресс", настроенным профранцузски, рвали друг у друга из рук (точно до тех пор, пока не вышло в 94-м году еще одно популярное издание). Изобретение Жана Бодрийяра, слово "симулякр", вошло в то время в анекдоты. О лекции Жака Деррида, прочитанной в МГУ в 90 году, ходили легенды – даже песня «Пой, Деррида» была сочинена (не складывали гимнов Дерриде на родине). Переводы Барта, Делеза, Бланшо, Лакана, а также Селина и Жене  заполнили собой полностью первые коммерческие книжные магазины. Жоржа Батая печатал журнал «Комментарии». Во многом студенческой фракномании поспособствовала крупная ретроспектива француза, Жана-Люка Годара, которая в 92 году прошла в кинотеатре «Мир». В результате, увлечение крайне сложными умопостроениями французских философов вызвало противоположную реакцию – Виктор Пелевин заклеймил с присущим только ему остроумием философов как «полчище конокрадов, которые угоняют с гиканьем в темноту и пучину последние крохи простоты и здравого смысла».